Работодатель несколько раз отказал соискателю в приеме на работу, объясняя это тем, что заключение трудового договора с конкретным человеком — право, а не обязанность работодателя.

Ж. имел квалификацию по нескольким рабочим профессиям и в январе 2024 г. обратился в ООО «ПК «Промтрактор» с заявлением о приеме на должность оператора станков с программным управлением 4-го разряда. В заявлении он попросил указать мотивированную причину отказа. Работодатель отказал, сославшись на свое право самостоятельно принимать кадровые решения. Впоследствии Ж. еще несколько раз обращался в компанию по поводу других вакансий - ответы были аналогичными. При этом суд установил, что соответствующие вакансии имелись, а причины отказов работодателем фактически не были указаны.

Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций признали отказы незаконными, но отказались обязать работодателя заключить трудовой договор. Суды исходили из того, что даже при незаконном отказе заключение трудового договора остается правом работодателя.

Ж. обратился с жалобой в Верховный Суд РФ, по результатам рассмотрения которой Верховный Суд РФ признал выводы судов ошибочными.

Если отказ в приеме на работу признан необоснованным или незаконным, требование о понуждении работодателя заключить трудовой договор направлено на восстановление нарушенного права на труд, отметила высшая инстанция.

 Поэтому признание отказа незаконным не должно оставаться исключительно формальным: если именно трудоустройство является целью восстановления нарушенного права, суд вправе обязать работодателя заключить трудовой договор.

Верховный Суд РФ отменил судебные акты нижестоящих судов и обязал ООО «ПК «Промтрактор» заключить с гражданином Ж. трудовой договор по должности оператора станков с программным управлением с 17 января 2024 г. с даты первого незаконного отказа (Определение Верховного Суда РФ от 7 августа 2026 г. № 31-КГ26-3-К6).

Вестник гражданского процесса